Симферополь - ворота Крыма

Нашему городу Симферополю - столице Крыма - в 2013 году исполнилось 229 лет. Как и каждый человек, так и каждый город имеет свою судьбу. Она может быть самой разной: удачной и счастливой, трудной и трагической. История нашего города уникальна, наполнена бурными событиями. У нас сохранились многочисленные археологические, исторические и культурные памятники различных эпох, и - главное - городу удалось сохранить на крымской земле свою изначальную и главную миссию - "города-собирателя". 

Мы являемся наследниками богатейшей культуры многочисленных цивилизаций и народов. В нашем городе жили и работали выдающиеся люди. Нам есть чем и кем гордиться и с гордостью говорить: "Мы - симферопольцы". (Из книги Бабенко Г.О., Дюлечева В.П. Симферополь - город пользы)

Нет ничего удивительного в том, что местность, где располагается Симферополь, испокон веков привлекала внимание человека и своим удачным географическим положением, и благоприятными природными условиями. Долина Салгира, находящаяся между двух гряд Крымских гор, - внутренней (750 м) и внешней (350 м) над уровнем моря, имела огромные дубовые, буковые и другие вековые леса со всяким зверем, полноводную долину реки, полной рыбы, климатически идеальной. Средняя годовая температура в городе и сегодня, после многочисленных вырубок лесов, +10,2 градуса по Цельсию. Зима мягкая, влажная, а лето жаркое, сухое. По количеству часов солнечного сияния (в среднем 2 318 в год) эта местность превосходит даже Ялту, Алушту, Сочи, Кисловодск.

На территории современного Симферополя найдены следы человеческой жизни от палеолита до средневековья. Стоянка эпохи палеолита в Чокурче была обнаружена Сергеем Ивановичем Зябниным (укоренилось написание фамилии Забнин) в 1927 г. Находится она по левому берегу Малого Салгира, с северной стороны большого холма. Раскопки стоянки поручили археологу профессору Николаю Львовичу Эрнсту (1889-1956). На основании остатков костей и предметов обихода ученый пришел к выводу: человек эпохи палеолита обитал здесь более 50 тысяч лет назад. А в наши дни краевед А.А.Столбунов нашел остатки Чокурчи-2, на противоположной стороне исследуемого холма, отодвигающие этот срок еще на 200 тысяч лет. Последнее рядом ученых оспаривается. Но и доказанные 50 тысяч лет - это уже много, трудно вообразимо.

Особенного внимания заслуживают Неаполь Скифский, столица позднескифского государства, и поселение Ак-Мечеть. Первый - на юго-восточной, второе - на западной стороне Петровских скал.

Расцвет Неаполя скифского приходится на П-1 века до н. э., а его гибель, в результате вторжения на полуостров аланских кочевых объединений, на III в. н. э. Интересна история его обнаружения и раскопок. Летом 1827 г. на окраине Симферополя новоиспеченный дворянин из малых народов Кавказа А.И. Султан-Крым-Гирей, в свое время получивший от петербургских чиновников столь экзотическую фамилию, а от Александра I землю в Тавриде, в одной из повозок, везших строительный камень со старого городища, увидел необычные камни. На одном из них был высечен барельеф воина на коне, на двух других - надписи. Александр Иванович купил у возчика эти камни и сообщил о них директору Одесского музея древностей И.П.Бларамбергу (1772-1830). Там, где эти камни были обнаружены на Петровских скалах,- Бларамберг нашел другие плиты с надписями, постамент от статуи, а также обломок мраморного рельефа с изображением (предположительно скифских царей Скилура и Палака). Так началось исследование Неаполя Скифского, города, просуществовавшего около шести веков.

Раскопки на Неаполе скифском продолжили А.С.Уваров, Н.И.Веселовский, Ю.А.Кулаковский и другие исследователи. В советское время (после окончания Великой Отечественной войны) здесь работала Тавро-скифская экспедиция АН СССР под руководством П.Н.Шульца. Археологи обнаружили многие памятники мирового значения. Среди них - мавзолей с пышными и богатыми захоронениями правителей Малой Скифии, систему оборонительных стен и башен, остатки жилых и культовых построек с интересной настенной росписью, поддающейся даже реставрации.

 

История Симферополя начинается с Ак-мечети  (в переводе Белая мечеть), которая была предшественницей Симферополя  и до включения Крыма в состав Российской империи (1783) являлась центром каймаканства (нечто вроде райцентра), резиденцией калги-султана, который по феодальной иерархии являлся вторым после хана лицом. Первые сведения о ней относятся к концу XV - началу XVI вв. По данным камерального описания Крыма, составленного в 1783 г. командующим русскими войсками в Тавриде генерал-поручиком О.А.Игельстромом, Ак-Мечеть насчитывала "308 домов, из которых 224 целых и 84 брошенных выселившимися в Турцию татарами; христианских домов 18 целых и 5 в развалинах". (Эти последние принадлежали армянам, переселенным в 1778 г. в Нахичевань в числе 259 душ). В городе насчитывалось 7 мечетей, 1 медресе, 3 мектебе.

В "Путешествии в полуденную Россию Владимира Измайлова" (1805), кроме того, отмечается своеобразие Ак-Мечети как города восточного типа: "Здания здесь азиатическаго вкуса, кровли домов, покрытых черепицею; мечети, подобный башням; улицы кривыя; пестрота товаров, выставленных в лавках, восточный наряды и одеяния, приятная разнообразность, не похожая на вид наших европейских городов, построенных, кажется, по одному чертежу, по одной мысли, по одному вкусу; все необыкновенное и новое поражает здесь глаза путешественника и подает случай к размышлению". А один из первых крымских судей П.И.Сумароков в книге "Досуги крымского судьи" (1803) о числе жителей отмечает: "Жителей мужеска пола дворянскаго 66, нижнего состояния россиян 360, татар 295, греков 42, армян 31, немцев 10, молдаван 19, евреев 32, турецких подданных 25, а всего, за исключением квартирующега полка, до 1000 человек".

 

Строительство столичного города была начата летом 1784 г. в чистом поле, рядом с Ак-Мечетью, которая годом позже будет переименована, точнее, включена в состав нового города. Но за полгода до этого, 2 февраля 1784 г., по представлению Екатеринославского и Таврического генерал-губернатора Григория Александровича Потемкина (1739-1791) Екатерина II подписала указ об образовании на территории Крымского и Таманского полуостровов Таврической области, включенной в состав Новороссийской губернии. А 7 февраля Потемкин представил императрице проект административного устройства Крыма. На следующий день проект был рассмотрен в Сенате, одобрен, с изменением наименования округов на общепринятые уезды, заготовлен указ императрицы и представлен ей на утверждение. И в тот же день (вот оперативность!) указ Екатериной II был подписан. Вот почему днем основания Симферополя считают 8 февраля 1784 г.

Имя Симферополь будущему городу предложил ученый-богослов Евгений (Елевферий) Булгарис (1715-1806). "Необычное имя, - скажет читатель. - Почему не по-русски?" Ответ прост: в те годы установилась официальная мода на древнегреческую топонимику. Название "Симферополь" на "модном" тогда языке равнозначно нашему "Пользоград". В наши дни иногда добавляют: или "город-собиратель". Но это позднейший домысел - основан город именно как "Пользоград", хотя древнегреческое симферополис действительно переводится двояко: "город пользы", "город-собиратель". Но в проекте Булгариса сказано яснее ясного: "город пользы".

"Уже имея на руках указ Екатерины, зная имя будущего главного города Тавриды, Потемкин довольно долго размышлял, где именно строить Симферополь: близ Старого ли Крыма, Карасубазара или Бахчисарая, имевших столичное прошлое. "Симферопольская округа. В оной имеет быть построен областной город Симферополь на место бывшего Старого Крыма, - вначале планировал Потемкин. - Сие наименование означает город пользы, а потому герб - улей с пчелами, имеющими вверху надпись "полезное". Все же запросил у правителя вновь учрежденной области картографические материалы, изучив которые, пришел к выводу, что более всего отвечает заданным требованиям местность близ Ак-Мечети - в центре полуострова, на перекрестке основных дорог, с удобными естественными укреплениями для постройки военных казарм на Петровских скалах. Учитывалось и наличие под Ак-Мечетью старого ретраншемента - полевого вспомогательного укрепления, построенного по выбору А.В.Суворова в 1777 г. К тому времени уже наметилась и основная схема связи России с Крымом. Главное направление - с севера на юг (по дороге Перекоп - Севастополь) с ветвями на восточный и западный концы.

24 апреля 1784 г. вопрос о местоположении областного центра, после согласования с императрицей, был решен. Во всяком случае, в этот день она утвердила "стат области Таврической", а также подписала ряд указов государственному казначею и генерал-прокурору князю А.А.Вяземскому, по которым в распоряжение Потемкина выделялся 99.181 рубль ежегодно на расходы по управлению областью, 12 тысяч рублей "на строения, потребныя в городах областном и уездных" и по 20 тысяч рублей, начиная с 1784 г., "для производства публичных строений по городам областному и уездным".

Важную роль в становлении новоприобретенного края и его центра сыграли кадры: военные и гражданские. Для управления областью в состав основных чиновников были включены и все влиятельные представители крымскотатарской знати.

А на должность правителя области специальным указом императрицы, по прямой просьбе Потемкина, был назначен Василий Васильевич Каховский (Коховский, 1738-1795). Его заместителем (поручиком) стал выдающийся ученый Карл Иванович Таблиц (1752-1821), прокурором - племянник Каховского Дмитрий Егорович Лесли, главным садовником - Яков Фабр (отец А.Я.Фабра, известного писателя и археолога, важного государственного чиновника).

4 июня 1784 г. Потемкин в ордере В. Каховскому распорядился "поспешить построением нужных зданий в городах областном и уездных", 8 июня распоряжением на имя командующего русской армией в Крыму, тогда еще Игельстрома, приказал "построить путевой дворец в Ак-Мечети", использовав камень из бывшего ханского дворца в Ашламе, близ Бахчисарая. Еще через несколько дней он послал вести строительство работ специально для этого уволенных из армии солдат.

Солдаты прибыли в город 22 июня, и сразу сориентировались: на развалинах Неаполя скифского (тогда еще археологами неисследованного) они стали брать тесаный камень, из которого возводили путевой дворец, присутственные места и 20 мазанок для себя (часть их до сих пор сохранилась, ул. Воровского, 29-55). Для себя В.В.Каховский построил за городом небольшую двухэтажную дачу с садом. В 1808 г. ее приобрел основатель Никитского ботанического сада Х.Х.Стевен (ул. Приморская, 11).

Строительство города шло успешно, о чем уже в августе В.В.Каховский сообщал ближайшему сподвижнику Потемкина Василию Степановичу Попову (1745-1822), докладывавшему "светлейшему" о всех бумагах. В октябре в тот же адрес ушел рапорт, что 21 октября "заложен путевой дворец". 10 ноября все того же 1784 г. Каховский докладывал, что "строительство идет с довольным по обстоятельствам положения здешнега края успехом, несмотря на недостаток мастеровых людей и.строительнаго материала". 3 декабря: "Областныя в Ак-Мечети строения - один 23-х саженный корпус совсем отделан, кроме что не оштукатурен, в другом таком же корпусе полы вымощены, окна и двери отделываются, в меньших двух корпусах потолки подбиваются".

Видимо тогда же была заложена и вскоре закончена первая воинская казарма русских войск в юго-восточной, наиболее высокой части города, с целью удобств обороны на случай военных столкновений (в районе нынешнего телецентра). Первоначально здесь располагался бомбардирский полк под командованием Б.А.Тищева. Рядом были построены хлебный магазин, а чуть позже и арсенал, офицерская и огромная солдатская казармы, от которых и ныне сохранились фундаменты (близ телецентра). Но после заключения Ясского мира с Турцией, казармы стали не нужны, и здесь разместился военный госпиталь.

На первом плане города, составленном в 1786 г., хорошо показана планировка Ак-Мечети, а в новом городе - 8 уже строящихся домов: путевой дворец, губернские присутственные места и дома первых чиновников области. Также отмечены места для постройки, селитряного (порохового) завода и лаборатории при нем, дома его директора, аптеки (в суворовском ретраншементе).

Большое значение для строительства имело наличие природных богатств края - глины, мергелистого известняка и бутового камня. Это привело к появлению в городе кирпично-черепичных и известковых заводов. Основным поставщиком леса и лесоматериалов служило Екатеринославское наместничество. Трудоемкое дело было поручено городничему секунд-майору Гридневу. Дело он поставил по-военному. Доставлялся лес как гужевым, так и морским путем. Город постепенно рос и заселялся первыми переселенцами - уволенными из русской армии солдатами второго и третьего гренадерских и Киевского полков, позлее - Севастопольского пехотного корпуса, крепостными, прибывшими в Крым с помещиками, а также крестьянами "вольного хлебопашества", работавшими по контракту. Происходило это на фоне массового отъезда крымских татар и ногайцев в Турцию. Одной из причин эмиграции было стремление царской администрации изменить сложившиеся здесь земельные отношения, приведя их в соответствие с российским законодательством. При этом земли и доходы, принадлежавшие ранее крымскому хану, перешли к российской казне, а мелкая земельная собственность трудового населения, земли эмигрантов, наряду с турецкими землями, были объявлены "пустопорожними" и подлежали раздаче российским и местным дворянам. И хотя формально крепостное право в Крыму не вводилось, новому типу землепользования были свойственны юридические нормы и формы эксплуатации, присущие крепостнической России. Случаи протеста местного населения против насаждения новых порядков жестоко подавлялись властями.

После смерти Екатерины II (1796) строительство города приостановилось. Павел I упразднил Таврическую область и, разделив ее на два уезда (Ак-Мечетский и Перекопский), включил в состав Новороссийского наместничества. Вдобавок теперь уже Симферополь нарекли Ак-Мечетью (все эти перемены были сделаны, возможно, чтобы повернуть на свою сторону местное население). Но уже 8 октября 1802 г. Симферополь, которому Александр I вернул его первоначальное имя, стал главным городом Крыма и северной Таврии - центром новообразованной Таврической губернии. В 1803 г., по свидетельству того же П.И.Сумарокова, здесь насчитывалось 197 лавок, 12 кофеен, 13 постоялых дворов, 16 трактиров, 11 кузниц и 20 пекарен.

А вот как описывает Симферополь в 1805 г. "Словарь географический": "Город сей расстоянием от Санкт-Петербурга в 2187, от Москвы в 1459 верстах. Речка Салгир, как чистый большой родник, течет по камням, подле города во всю его длину, где по другую сторону - соединение плодовитых садов, подобно густому лесу, украшает весь тот берег и делает тут местоположение весьма приятным". Тот же словарь в районе Ак-Мечети отмечал 2 церкви: Греческую (ныне Свято-Троицкий собор) и Армянскую (не сохранилась), 4 мечети, фонтаны, базар, "посреди мусульманских жилищ несколько наших построений", а "в европейской части - пространственную площадь (сквер Победы. - Авт.), прямые улицы и несколько хороших домов". Для развития города важное значение имел приезд в 1820 г. из Петербурга титулярного советника И.Ф.Колодина (1785-1845), видного зодчего России, ученика знаменитого архитектора А.Н.Вороницына. Причина его переезда в наш город проста: когда специальная комиссия, изучающая состояние недостроенного здания Александро-Невского собора (первый вариант, на месте, где сейчас гостиница "Украина"), пришла к выводу о необходимости его сноса, то для возведения нового здания уже затребовали столичного специалиста. К тому времени за его плечами было строительство Казанского собора и планы Смольного монастыря, работа в Строительном комитете при МВД России.

Иван Федорович Колодин, проработавший на посту таврического губернского архитектора около 25 лет, проектировал и строил в Симферополе лучшие здания: Соборную церковь во имя св. Александра Невского, все новые здания губернских присутственных мест (ул.Р.Люксембург, 13-17 и Желябова, 1-5), странноприимный дом А.С.Таранова-Велозерова (ул.К.Маркса, 28), жилой дом для губернатора (ул.Ленина, 15), дом вдовы героя Отечественной войны 1812 г. А.Я.Рудзевича (ул.Р. Люксембург, 11а), Воронцовский дворец в Салгирке и др. В одной упряжке с ним работал известный архитектор И.Е.Старов, автор и строитель Таврического дворца в Петербурге.

Именно по их разработкам в 1842 г. царем Николаем I был утвержден генеральный план Симферополя, строго выполнявшийся вплоть до конца XIX в. Именно по их планам была осуществлена застройка целых ансамблей в городе, которая и дала возможность создать своеобразный колорит первоначального Симферополя с его классическими архитектурными формами, с декоративными, выделенными цветом деталями, с балюстрадами, черепичными крышами и резными дверьми.

О Симферополе тех лет, его местоположении, достопримечательностях, городской жизни кроме П.И.Сумарокова писали побывавшие в нем и П.С.Паллас (1793), В.В.Измайлов (1799), Ф.Ф.Вигель (1826), герцог Рагузский (1834), Н.С.Всеволожский (1836), А.Н.Демидов (1837), Ф.Дюбуа деМонпере (1837-1838). Из их записок видно, что в ту пору - "пушкинское время" - новый город был невелик.

Основная часть первоначальных застроек в городе была из камня, который брали из развалин Неаполя скифского. А для более успешной и быстрой работы были построены два кирпичных и четыре известковых завода.

Дома сооружались при наличии одобренного архитектором плана и фасада. Места для зданий отводились с разрешения городской думы.

С 1811-го по 1819 года делами строительства в Симферополе, наравне с отраслевым комитетом, ведало и полицейское управление, в обязанности которого входили обеспечение планами и фасадами, а также наблюдение за частным строительством на местах.

Уже в первой половине XIX века в основном оформился исторический центр города. Его композицию составляли Соборная площадь (ныне на этом месте восстанавливается Александро-Невский собор), административные заведения, учреждения торговли, культуры, а также жилые дома знати, присутственные места, полицейское управление, "тарановская" больница, гостиный двор, здание таврического дворянства.

Как и во всяком другом городе, в нем действовал главпочтамт, который менял место, но, как правило, "вертелся" в центре южной столицы. В его восточной оконечности, на берегу Салгира в 1820 г. был разбит общественный сад, ныне горсад (до того времени был сад лишь вблизи путевого дворца, затем губернских присутственных мест, но не для широкой публики).

Общественные постройки сооружались строго по составленной губернским архитектором смете. Основным "финансистом" было государство. Поэтому архитектурные отступления наблюдались редко. Казенные строения напоминали дворянские усадьбы: главное здание, преимущественно двухэтажное, примыкающие к нему флигели, сад, каменная ограда...

Сохранилось любопытное свидетельство современника, характеризующее тогдашний "центр" и весь Симферополь в целом (вместе с Ак-Мечетью). "Переехав в брод через Салгир, я увидел себя на бесконечном, казалось, поле, среди которого достраивалась довольно хорошей архитектуры соборная церковь, по бокам же в довольно дальнем расстоянии друг от друга были два небольшия двухэтажныя каменныя здания - присутственные места и странноприимный дом Таранова-Белозерова. Все поле было разбито на правильные прямоугольники - предполагаемыя улицы, расположение которых можно легко было угадать по одиноким, кое-где видневшимся домам. Вот весь настоящий Симферополь или лучше сказать тогдашний. Эти рассеянные на бесконечном пространстве довольно хорошие жилые дома, окруженныя по большей части садами, невольно поразили меня. Мне казалось, что все это еще не город, и настоящий город должен быть где-то впереди. Дальше за пределами поля действительно находился еще город, но он показался мне также странным и необычайным. Издали, со стороны поля, он был даже красив. По пологому склону горы рядами поднимались вверх яркие на солнце черепичные крыши, из гущи которых кое-где уходили в небесную синь колонны минаретов" (Ф.Ф.Вигель, писатель и путешественник).

До 40-х годов XIX в. улицы города находились "в натуральном виде", то есть не были даже шоссированы, покрыты твердым материалом, и после дождя превращались в непроходимые. Только летом 1835 г. был создан из членов Думы "комитет по вопросам мощения улиц г. Симферополя". Под присмотром губернатора А.И.Казначеева, комитет приступил к разработке планов вымещения вначале главных магистралей: "от Перекопского въезда до Алуштинского шоссе; от Севастопольского въезда до Феодосийского выезда". Через год нашли специалиста - инженер-поручика Н.И.Коршунова и поручили ему "снять на план улицы, предполагаемые к вымещению и составить смету". Дело затянулось: денег не было. Тогда в 1844 г. открыли подписку "на сбор денег с жителей города на приведение улиц в благоустроенное положение, ибо они непроходимы от грязи в течение многих месяцев, ноги у большей части жителей беспрерывно мокры и вредныя испарения от грязи сказываются на их здоровьи".

Сбор дал желаемые результаты, и главные улицы были глоссированы. Сообщая об этом в МВД России, губернатор В.И.Рославец послал туда "образцы грохоченага щебня, употребляемага на это дело" - из горных пород и русла реки Салгир.

(Нужно сказать, что на посту таврических губернаторов не было ни одного слабого администратора, причем львиную долю своего служебного времени они, как правило, уделяли именно развитию города. Считаем, все они заслуживают быть названы поименно, с указанием лет правления. Итак, первые правители области - Василий Васильевич Каховский (1784-1788) и Семен Семенович Жегулин (1788-1796); губернаторы: Григорий Петрович Милорадович (1802-1803), Дмитрий Борисович Мертваго (1803-1807), Андрей Михайлович Бороздин (1807-1816), Александр Степанович Лавинский (1816-1819), Александр Николаевич Баранов (1819-1821), Николай Иванович Перовский (1822-1823), Дмитрий Васильевич Нарышкин (1823-1829), Александр Иванович Казначеев (1829-1837), Матвей Матвеевич Муромцев (1837-1843), Виктор Яковлевич Рославец (1843-1845), Владимир Иванович Пестель (1845-1854), Николай Владимирович Адлерберг (1854-1856), Григорий Васильевич Жуковский (1856-1871), Александр Гергардович Рей-терн, фон (1871-1873), Александр Александрович Кавелин (1873-1881), Андрей Никитович Всеволожский (1881-1889), Петр Михайлович Лазарев (1889-1901), Владимир Федорович Трепов (1902-1905), Евгений Николаевич Волков (1905), Василий Васильевич Новицкий (1905-1911), Петр Николаевич Апраксин (1911-1914), Николай Николаевич Лавриновский (1914), Николай Антонинович Княжевич (1914-1917)).

Кстати, более полувека симферопольские улицы не имели официальных названий. В ходу была "народная" топонимика: Дорога на Перекоп, Базарная, Малобазарная, Госпитальная, Армянская, Греческая, Цыганская, Кладбищенская. Дома шли по номерам, отведенной земли. Все это создавало неудобства в "почтовых сношениях". Вот почему в августе 1834 г. строительная комиссия занялась снятием существующего в натуре города на план. В марте 1839 г. на его основе архитектор П.Григорьев составил роспись наименований 23 главных улиц и 4 переулков города. Она была представлена на утверждение губернатора в двух вариантах. Губернатор рассмотрел список, внес поправки, узаконив уже существовавшие в обиходе названия и дав новые. Среди них были: Александровская, Губернаторская, Новособорная, Московская, Дворянская, Малобазарная, Мокрая, Тарановская, Полицейская, Гостиная, Базарная, Торговая, Жидовская, Греческая, Петропавловская, Госпитальная, Татарская, Цыганская, Банная, Мясная, Кладбищенская, Армянская, Нагорная, а также переулки: Узкий, Грязный, Жандармский, Каретный.

Но и это новшество было введено в действие далеко не сразу. 11 июня 1849 г. полицмейстер запросил губернское правление: "В полиции обнаружены вывески с названиями улиц... как с ними быть, куда повесить?"

Губернский архитектор К.И.Гоняев ответил, что "в делах предместника моего не находится никакой переписки о названиях улиц Симферополя и сделании для этого вывесок". А 30 апреля 1882 г. губернатор А.Н.Всеволожский в отношении на имя полицмейстера выговаривал: "Объезжая город неоднократно, я заметил, что не на всех улицах есть таблицы с обозначением названия ее, на некоторых домах нет досчечек с обозначением нумера и фамилии владельца... нумера домов не разделены по улицам... и доходят до 1400 нумеров" Полицмейстеру предписывалось принять меры, ибо все это мешает быстроте связи с обывателями и т. п.

Одной из самых сложных проблем города всегда являлся недостаток питьевой воды. Петровский фонтан (у входа на Неаполь скифский) давал всего 4 тыс. ведер в сутки, а население быстро росло. К тому же он был самовольно захвачен откупщиком Зеленковым, с ним город вел судебную тяжбу. Другие фонтаны, шедшие в центр города из ставка при имении Мусина-Пушкина, были невероятно засорены. Фонтаны в Ак-Мечети (у мечети Кебир-Джами и у Петропавловского собора) - тоже. Воду приходилось брать из колодцев, число которых доходило до 700 в 1885 г. Пользоваться колодцами было дорого и не безопасно, так как приходилось рыть их аж до 24 сажен глубины, да и то в них попадали слишком известковые, а то и другие малопригодные для питья воды, иногда даже из отхожих мест.

Возникла идея провести водопровод из ставков, расположенных далеко за городом. Еще 19 марта 1830 г. военный инженер П.В.Шипилов, тогда уже прославившийся при строительстве шоссе Симферополь-Алушта, обосновал свой проект водопровода в прошении, поданном на имя Новороссийского и Бессарабского генерал-губернатора. Он указывал, что лучше всего вести воду "от хутора Ланга до Большого базара в центре города", что составит 4 км 260 м (от нынешней ул. Данилова вдоль Севастопольской до пл.Ленина). Дело затянулось, а Шипилов через год уже был занят дорогой на Ялту. Технический проект дорабатывал менее искусный инженер. Пока приготовили материалы, да нашли подрядчиков, грянула Крымская война, и стало не до водопровода.

А "эпопея" с освещением улиц? Главными заботами городских властей был керосин, фонарные столбы, лампы, спички и обтирочный материал. Хотя органы городского общественного управления проделывали огромную работу по благоустройству города, по большому счету, это было захолустье.

И все же интересно проследить статистические данные, скажем, о состоянии и развитии промышленности в Симферополе за первые десятилетия его существования. Первое время, естественно, развивалась промышленность, связанная со строительством города: кирпично-черепичные и известковые заводы, точнее - маленькие полукустарные и кустарные "производства". Поскольку они были первыми, назовем их: 1833 г. - 3 кирпичных, 2 известковых, 5 мыльных и свечных завода, 1 фабрика по выделке фланели, водочный и пивоваренный завод - отмечала "градская полиция" в рапорте губернатору А.И.Казначееву. На них в год "выделывается изделий": на водочном заводе до 18 тыс. ведер водки; на пивоваренном - до 10 тысяч ведер пива; на кирпичных - на каждом - от 100 до 150 тыс. штук кирпича; на свечном - каждом - до 500 пудов свечей; на мыльном - до 500 пудов мыла.

Постепенно развивались и разные промыслы. В 1850 г. полиция уже отмечала, что в городе "всего мастеров 298, подмастерьев 211, учеников 109", и идут они "по портняжному цеху, пекарному, резничному, сапожно-башмачному, ювелирному, шапочно-шубному, каретному, цирульному, столярному, малярному, кузнечному, печному".

Жизнь захолустного города внезапно и резко всколыхнула Крымская война 1853-1855 гг. Симферополь играл роль крупнейшего центра в тылу защитников Севастополя от англо-франко-турецких войск. После Инкерманского сражения он превратился в сплошной госпиталь, где число раненых и больных воинов порой превышало общее число постоянных жителей. Умерших солдат не успевали хоронить. Их складывали штабелями, а затем закапывали в общих могилах на специально отведенном кладбище в верховьях Петровской балки.

Буржуазные реформы 60-х годов дали новый импульс строительству города. Появились здания окружного суда (переделанное здание Дома полиции, а с 1909 г. - новое здание на нынешней ул. Гоголя, 14), городской думы и управы (ныне ул. Пушкина, 1, 3), губернской земской управы (ныне ул. К.Либкнехта, 2), казначейства и казенной палаты (ныне пр. Кирова, 50 и 52), железнодорожного вокзала (взорванного в годы оккупации города фашистами).

В 1867 г. появился первый чугуно-литейный "завод", производивший простое оборудование для местных нужд сельского хозяйства. В 1877 г. в городе было 3 табачных фабрики, 1 макаронная, 1 свечно-восковая, 3 сальных и мыльных, 2 известковых, 2 кирпичных, 2 пивоваренных, 1 кожевенный - итого 12 "заводов" с общим числом около 60 рабочих. По существу это были мелкие кустарные мастерские, где все делалось вручную.

Реформы вызвали появление в столице Тавриды филиалов крупнейших столичных банков: Санкт-Петербургского международного, Русского для внешних сношений, Азово-Донского коммерческого и др., обеспечивавших и толкавших вперед развитие промышленности, в первую очередь перерабатывающей сельскохозяйственное сырье. Постепенно в городе появляются новые предприятия, главным образом, пищевой промышленности: в 1880 г. - консервная фабрика братьев Абрикосовых, в 1884 г. - конфетная фабрика московских купцов Эйнем, в 1887 г. - фруктово-консервная фабрика Константинова, табачная фабрика Ашкинази и Гофлина, в 1904 г. - консервный завод братьев Шишман.

Быстрыми темпами шло развитие транспорта. (В 1824-1826 гг. была завершена постройка шоссейной дороги до Алушты, продолжена затем и до Ялты; к 1875 г. завершена прокладка железной дороги от станции Лозовая до Севастополя). Первый поезд прибыл в Симферополь 2 июня 1874 г. В 1892 г. построена железнодорожная ветка Джанкой-Феодосия, а в 1900 - Владиславовка-Керчь. Все это дало возможность выхода губернской продукции на всероссийский, а затем и международный рынок. Вывозились, главным образом, фрукты, виноград, ягоды, вино, овощи, табак, известь, а ввозились хлеб, мука, отруби, сахар, рыба, икра, крупа, спирт, соль, масла, апельсины, лимоны, каменный уголь, керосин, нефть, лес, железо, сталь, жесть, рельсы и т.д.

В 1865 г. из верхнего ставка генерала Славича на базарную площадь был проведен водопровод. Здесь был устроен второй фонтан, который, однако, не решил проблему с питьевой водой.

Он давал всего 16-18 тыс. ведер в сутки (вместе с Петровским - 20-22 тыс. ведер), а население перевалило за эту цифру, и получалось на человека в день меньше, чем по ведру. Водовозам, а их было меньше 100, за день приходилось делать по 10-15 ходок к фонтану, так как бочка вмещала только 30 ведер. У фонтана за очередь почти постоянно возникали ссоры и драки.

Чего только не делали в последующие годы: устраивали и переустраивали водопроводы, соединяли водосборные колодцы галереями, устраивали резервуары в ряде мест, в нижней части горсада устроили одну водокачку для полива деревьев и кустарников, позже - другую. Эта стала качать воду на Макурину (Панорамную) горку, откуда по трубам она самотеком шла к подземному резервуару у Петропавловского собора.

Только к 1911 г. положение с водой более или менее стабилизировалось. Длина городских водопроводных труб достигла 12 верст 40 саженей (12,1 км), число домовых ответвлений составило 119. Воды стали получать около 90 тыс. ведер в сутки, но и население уже перевалило за 70 тыс. человек.

Сразу после Крымской войны, остро выявившей недостатки русских дорог, встал вопрос о благоустройстве хотя бы 8 центральных улиц города. Поэтому при губернаторе Г.В.Жуковском, правившим в 1856-1871 гг., началось замощение мостовых, устройство тротуаров, было шоссировано топкое пространство в районе вокзала, закончено благоустройство Севастопольского шоссе. В 1868 г. создали "Комитет по благоустройству г. Симферополя", который не имел средств, но все же начал "с разбивки и рассыпки уже заготовленнаго камня с наиболее проезжих и испортившихся улиц, а именно: Бульварной, Губернаторской, Долгоруковской, Александровской и переулка (Фабра)".

Но улицы города все еще были "в безобразном состоянии", о чем не раз писала в те годы газета "Таврида". Один из очевидцев, например, писал, что на Слободской улице (ныне Толстого) он с трудом вытащил из грязи мальчугана 8 лет, да и сам "с трудом выкарабкался на более твердую почву, набрав полные ботфорты грязи". Переписка губернатора, управы и полицмейстера свидетельствует, что даже в 80-е годы "содержатели магазинов, лавок, трактиров, ресторанов, кабаков, пекарен, харчевен, шашлычень, цирюлен и других подобных заведений позволяют себе выбрасывать сор, помои и другия нечистоты прямо на улицу". К тому же, "по улицам идет усиленная езда, а они давно не ремонтировались", так что "все улицы г. Симферополя находятся в крайне неудовлетворительном состоянии", - констатировал губернатор, предлагая принять меры. Денег катастрофически не хватало: городское самоуправление могло рассчитывать только на себя - дотаций оно не получало. А ведь надо было содержать правительственные учреждения, в том числе городское самоуправление, городскую полицию, пожарную команду, принадлежащие городу недвижимые имущества, общественное призрение, медицину, народное образование, выполнять воинскую квартирную повинность...

Решение пришло лишь тогда, когда в 1912 г. ввели попудный сбор со всех перевозимых товаров. За счет него в тот же год были замощены улицы Салгирная, Севастопольская, Вокзальная, Александро-Невская, Воронцовская, Гоголевская, Канторная, а всего 1060 кв. саженей (2,2 кв. км).

Асфальтирование улиц тоже началось еще до революции. 24 мая 1913 г., к 300-летнему юбилею Дома Романовых, дума постановила "асфальтировать улицу Пушкинскую - от Александро-Невской до Екатерининской асфальтированными плитками инженера Каннигисера, а другую литым заграничным асфальтом..., остальную перемостить во всю ширину старым камнем, с обделкой его под кубик".

Замощение улиц содействовало развитию транспорта. До начала XX. в. он был, в основном, гужевой. Здесь наиболее крупным предпринимателем в 1895 г. стал московский первой гильдии купец Абрам Яковлевич Иофе, содержавший "почтово-дилижансное сообщение" с другими городами Крыма.

Интересны цены. Такса легковой биржи в 1913 г. - с вокзала и на вокзал в городе - исчислялась 40 коп. днем и 50 - ночью. Стоимость проезда от Симферополя до Евпатории - от 4 до 5 руб., до Алушты - 3 руб. и 35 коп. за пуд багажа, до Ялты - от 7 до 8 руб. На карте к путеводителю Г.Москвича в Симферополе указана "конная почтовая станция и мальпост на Ялту в районе вокзала" (ныне б. Ленина, 11). С 1909 г. было введено автомобильное сообщение с Ялтой. Это резко ускорило сообщение, т.к. почтовые лошади могли довезти до Ялты только за 8-9 часов, их меняли в пути 6 раз, с ночевкой в Алуште. Еще в 1859 г. город освещался 130 фонарями, заправленными керосином. Но к 1869 г. число фонарей, заправленных фотогеном, дошло до 160, за 100 из них, по договору управы с купцом Шмельцем, город платил по 18 рублей, остальные оплачивали домовладельцы. Договор предусматривал освещение "с сумерек до 3 часов ночи, исключая лунные".

Этого было явно недостаточно. В 1882 г. был заключен договор с купцом А.Н.Петьковым на освещение города фотогеном "через 320 фонарей, каждый ценой по 16 рублей". Лампы - "десятилинейной меры в фонарях, поставленных для сего на улицах и других местах города по усмотрению городской Управы".

В конце XIX в. два предпринимателя - потомственный почетный гражданин купец И.С.Черкес и механик Н.К.Шахвердов - на своих участках устроили маленькие электростанции. Шахвердовская стала давать ток в 1896 г. Работала она на 2 локомобилях английского производства, имела 2 динамомашины постоянного тока и распределительные щиты с приборами. Черкес и Шахвердов в августе 1901 г. получили от строительно-технического комитета МВД бумагу, что комитет нашел проекты "двух центральных электрических станций удовлетворительными" и разрешил их эксплуатацию. Скоро эти электростанции осветили некоторые центральные улицы города, городской сад, особенно вблизи памятника Екатерине II, а также магазины, всего вспыхнуло 710 ламп накаливания и 14 дуговых фонарей. 115 ламп накаливания осветили здание Дворянского театра. Ликование было всеобщим.

Однако, из отчета управы за 1904 г. видно, что наряду с электрическим освещением применялось и керосиновое, причем число таких фонарей выросло до 789 штук. Горели они, например, у входа в горсад, у памятника Долгорукову, у Александро-Невского собора, в Пушкинском сквере, на Лазаревской улице. Содержание фонарей и фонарщиков (а их насчитывалось 19 человек) дорого обходилось городу. Поэтому в 1910 г. на заседании думы было решено устроить в городе сразу два важных дела: трамвай и электрическое освещение.

Вскоре дума утвердила договор управы с концессионером Бельгийского акционерного анонимного общества инженер-электриком Э.Л.Бернау-Борманом на организацию трамвайного транспорта и электроосвещения с правом 40-летней эксплуатации. Договор предусматривал обязательный район освещения с установкой за счет концессионеров 100 дуговых фонарей силой до 12 ампер, а также по 7 штук фонарей на каждую версту движения трамвая.

31 июля 1914 г. первый трамвай прошел по улицам Симферополя. Первоначально от вокзала до ул. Пушкинской. Затем его пути тремя линиями разбежались по всем основным магистралям города.

Также при прокладке трамвайных путей общество, в соответствии с договором, перемостило ряд улиц, сделало переустройство телеграфной и телефонной линий, убрав их кабели под землю, благодаря чему была снята масса деревянных столбов, безобразивших вид улиц.

Первые полсотни лет Симферополь обходился двумя гостиницами: "Одесской" (во дворе дома 2 по улице Чехова) и "Афинской" (пр. Кирова, 25), а также рядом заезжих и постоялых дворов (ханов). Известный путешественник Ф.Ф.Вигель называл "Одесскую" скорее трактиром, расположенным "на самом рубеже предполагаемой Европы и существующей Азии" (на рубеже Ак-Мечети и Симферополя). "Афинская" мало чем отличалась.

Таврический губернатор А.И.Казначеев ходатайствовал перед Новороссийским генерал-губернатором о мерах по режиму наибольшего благоприятствования для желающих заняться этим бизнесом и получил разрешение "дозволить всем желающим учредить в Таврической губернии гостиницы, заезжие и постоялые дворы на почтовых трактах и купеческих дорогах без испрошения билетов и без платежа акциза по крайней мере на десять лет".

Это не замедлило сказаться: в 1839 году появилась гостиница "Золотой якорь" (на месте памятника П.Е.Дыбенко). После Крымской войны в торговом доме купца И.Л.Берга открылась гостиница "Гранд-отель" (на месте Украинского театра). К концу века район нынешнего центрального универмага был запружен новыми гостиницами: "Пассаж Анджело", "Большая Московская", "Биржа", "Континенталь", "Сан-Ремо" и другие, которые шли по Севастопольской улице и другим,окружавшим Большой Базар (до улицы Самокиша). На Приютинской улице (Пушкина) появились гостиницы "Санкт-Петербургская" (на месте дома 2), "Метрополь" (дом 8). На Долгоруковской улице - "Россия", позже "Бристоль" (ул.К.Либкнехта,5).

Это были самые престижные гостиницы, располагавшиеся вблизи присутственных мест, главного собора губернии, театра, базара и крупных магазинов. Ясно, что они пользовались успехом у всех приезжих в город и на полуостров. Так, в "Золотом якоре" (позже "Европейская") жили в 1846 году актер М.С.Щепкин и критик В.Г.Белинский, а во время Крымской войны - хирург Н.И.Пирогов; в "Метрополе" и "Бристоле" жили В.В.Маяковский и другие представители русской культуры, в "Одессе" жил К.Н.Батюшков. Гостиницы использовались под правительственные учреждения во время революции, гражданской и Великой Отечественной войн, а также в период социалистического строительства.

Владельцы гостиниц постоянно совершенствовали как здания, так и гостиничный сервис. В 1869 году один из видных застройщиков города Петр Николаевич Шнейдер перестроил здание гостиницы "Золотой якорь", сделал его двухэтажным, а в начале XX века и трехэтажным, устроил в нем даже лифт - верх комфорта по тем временам. Гостиница одной из первых в конце XIX века была освещена электричеством от частной электростанции инженера Н.К.Шахвердова. В нижнем этаже гостиницы находился один из лучших ресторанов и биллиардная.

Его брат Франц Николаевич Шнейдер, построивший в 1868 г. красивую, двухэтажную, с тремя балконами и входными дверьми с Приютинской улицы гостиницу "Санкт-Петербургскую", которая, как и "Европейская", на открытках города представляла его лицо, была тоже престижной. Видный краевед XIX века В.Х.Кондараки подчеркивал центральное местоположение этой гостиницы, наличие ванн в номерах и "к приезжим вообще отношение нежное, их не обманут, не потревожат..." Остановившийся в ней, может заказать в номер "самовар, завтрак или обед" по прейскуранту. "В городе спокойно, жуликов нет, можно ходить без опаски…"

Стоимость номеров в гостиницах колебалась в зависимости от сервиса, но в общем была доступна среднему классу. Так, в 1898 году, когда в "Гранд-отеле" был проведен капитальный ремонт, гостиница с 36 номерами стоила от 1 до 3 рублей в сутки. Эта первоклассная по тем временам гостиница объявляла в рекламе: "Роскошная обстановка: мраморная баня и ванны. Электрическое освещение, телефон, комфортабельный ресторан. Хорошая кухня. Погреб напитков лучших фирм. Комиссионер к каждому поезду на вокзале".

В 1869 году сын Ф.П.Шнейдера Франц Францевич на Приютинской (дом 8) построил трехэтажное здание под городской общественный клуб. Здесь была библиотека, в которой в 1911 году насчитывалось 2750 книг, 36 наименований журналов и 14 газет. Вскоре здание было переоборудовано под гостиницу "Метрополь". В 1917 году владелец ее извещал, что в ней "обстановка безукоризненная, в номерах электрическое освещение, водяное отопление, умывальники с горячей и холодной водой. При гостинице ванны, первоклассный ресторан и образцовая кухня... Цены на все умеренныя: номера от 2 рублей до 3 рублей 50 копеек в сутки. Ежедневно отходят автомобили по Крымскому полуострову, для автомобилей специально приспособленные сараи. При гостинице театральный зал "Метрополь", вмещающий 520 мест".

При "Пассаже Анджело" был крупный магазин со всеми удобствами для покупателей и жильцов гостиницы. В гостинице "Биржа" были залы для заключения различных оптовых торговых операций. В "Бристоле" были большие шикарные номера, обставленные отличной мебелью. Люксы имели выход на огромный балкон, с которого можно было наблюдать городскую жизнь и процессии у Александро-Невского кафедрального собора...

Из других общественных заведений наибольший интерес представляют культовые сооружения. Если в год приезда Екатерины II в городе была всего одна христианская церковь (ул. Октябрьская, 8), то к революции 1917 г. здесь насчитывалось 18 христианских православных церквей.

26 мая 1787 г. Екатерина II, помолившись в первой православной церкви города, называвшейся именем святых равноапостольных Константина и Елены, осталась недовольна ее размерами и повелела построить в Симферополе храм, достойный новоприобретенного края. В 1829 г. такой главный храм губернии был освящен и назывался именем св.Александра Невского. Еще до него, вошли в строй греческая Троицкая церковь, построенная общиной греков в 1796 г. (позже, в 1868 г., перестроена, ныне Свято-Троицкий собор), Петропавловский собор (построен в 1805 г., но по ветхости и маловместительно-сти разобран и вновь отстроен сначала в 1870 г. (архитектор К.Лазарев), а затем и в 90-е гг. XX в.).

Вскоре после смерти губернатора А.Н.Баранова, на первом христианском кладбище (в квадрате ул.Крылова - Караимской - Козлова - Севастопольской), над его могилой, вырытой на скифском кургане, была построена Преображенская церковь, освященная в 1824 г. (От нее практически ничего не осталось). Та, что на втором христианском кладбище, ошибочно именуемом первым, называется церковью Успения праведной Анны, освящена в 1864 г. Позже были построены церкви при всех крупных учебных заведениях, странноприимном доме, доме губернских богоугодных заведений, естественно, при архиерейском доме, сиротских домах графини Адлерберг и археолога Фабра, в тюрьме...

Кроме того, существовали церкви для верующих других исповеданий: 2 армянских - православная и католическая, лютеранская (римско-католическая), 1 синагога (на ее месте в советское время был комплекс "Океан", ныне торгуют электроникой и автомобилями), 7 еврейских молитвенных домов и 5 магометанских мечетей.

Церкви строились иногда и "иждивением", как тогда говорили, отдельных лиц. Так, церковь на втором христианском кладбище построил купец А.В.Масляников, армяно-католическую - купец С.И.Налбандов, а при мужской казенной гимназии небольшую церковь построил купец Г.Н.Христофоров, который состоял там и церковным старостой.

В 1880-1882 гг. за свой счет он построил на месте старой новую церковь "в память 25-летия царствования в Бозе почившего императора Александра II" (уничтожена большевиками в 30-х годах прошлого века).

К началу XX в. в Симферополе было 200 улиц и переулков. Городские органы власти предпринимали отчаянные усилия, чтобы благоустроить их. В 1905 г. был составлен план города с перечнем улиц и переулков, но он остался в архивах для внутреннего употребления. Позже улицы переименовывались, некоторые неоднократно. Назывались и новые улицы. Наиболее полный их перечень можно найти в "Справочной книге по г. Симферополю на 1911 г.". Ценен он еще и тем, что там указаны наиболее значимые организации и учреждения.

Интересно, кстати, проследить топонимические ряды: например, по приметным объектам улиц, которые помогли нам убедиться в привязках к местности (Губернская - значит тут губернские присутственные места; Губернаторская - дом губернатора; Полицейская - ищи в материалах городской полиции ее главный дом; Тюремная - тюрьма; Госпитальная - госпиталь; Архивная - архив; Приютинская - какой-то приют...). Или, скажем, топонимический ряд по наиболее острому сейчас вопросу о национальностях. Здесь улицы: Русская, Татарская, Турецкая, Армянская, Греческая, Караимская, Эстонская, переулки Армянский, Еврейский, Крымчакский, Цыганский. Или топонимы, связанные с пребыванием в городе выдающихся личностей: Пушкинская, Гоголевская, Менделеевская, Пироговская, Аксаковская, Арендовская, графа Толстого, Жуковского, Серова...

Развивалось и строительство жилья. Если в 1836 г. в Симферополе было 1014 домов, то в 1854 г. уже 1852 частных каменных и 22 деревянных, а в 1910 г. - 3368 строений жилых, из них 3068 из камня. При этом в черту города входило 2468 десятин земли, или 2.670 га (для сравнения в Киеве в то время - 5.938 десятин земли, или 6.320 га).

Из первых строительных подрядчиков архивные документы донесли до нас лишь некоторые имена, но и они показательны. Среди них имя подрядчика строительных работ Ершова, который строил, например, дома для прокурора области Дмитрия Егоровича Лесли, где в 1812 году была открыта Симферопольская мужская казенная гимназия, для выдающегося поэта-сатирика Дмитрия Петровича Горчакова.

Несколько зданий в городе построил строительный подрядчик Петин. Одним из видных зданий была казенная женская гимназия на углу улиц Жуковского и Дворянской (ныне Горького). В советское время, после закрытия старых учреждений образования, здесь разместился военный госпиталь.

Два наиболее крупных заведения лечебного профиля построили строительные подрядчики из Одессы: богоугодные заведения - нынешнюю психоневрологическую больницу на улице Александро-Невской (ныне Розы Люксембург, 25-27) и первую городскую больницу (ныне республиканскую больницу имени Н.А.Семашко) - на Мюльгаузенской (Киевской, 69) улице.

Особенно прославились в дореволюционном Симферополе подрядчики - крымчаки братья Анджело, Михаил и Лев Давидовичи и семья выходцев из Германии Шнейдеров.

Они построили "Пассаж Анджело", на месте нынешнего центрального универмага, со стороны улицы Севастопольской, гостиницу "Европейскую" - лучшую в городе. (На месте памятника Дыбенко в сквере 200-летия Симферополя). Или "Старое Чикаго" - трехэтажный доходный дом с мансардой на месте скверика на проспекте Кирова, против здания УВД.

Есть в городе и сохранившиеся от них дома: это ряд "доходных домов" - по проспекту Кирова, 26; по улице Киевской, 75; на углу Галерейного переулка и улицы К.Либкнехта...

Шнейдеры - братья Петр, Николай и Франц и их дети застроили почти всю улицу Пушкинскую: на месте дома 2 находился жилой дом П.Н.Шнейдера, в доме 14, где сейчас Дом бракосочетаний, жил Ф.Ф.Шнейдер. Дом 1-3 - для городской думы и управы построили они же; дом 8 - здание для городского клуба, позже гостиница "Метрополь", нынешний Дом офицеров - тоже; аптеку 4 - они же; кинотеатр Шевченко (бывший первый в городе иллюзион "Баян") - они же...

Строительные работы исполняли нанимаемые подрядчиками рабочие. В основном это были объединенные в цеха печники, столяры, плотники, каменщики, маляры, штукатуры, кровельщики.

Открытие железнодорожной станции привело к развитию города в западном направлении. (До этого город имел заставу на пересечении нынешних улиц П.Павленко и К.Либкнехта). Вблизи вокзала была построена конная станция для перевозки пассажиров на ЮБК. Большой участок земли отошел под женское епархиальное училище (сейчас это один из корпусов медуниверситета). Начинает застраиваться Салгирная слободка (ныне территория Киевского района). Вначале в обход закона, затем и по закону здесь появляются дачи и имения, специализирующиеся на выращивании овощей и фруктов. Особенно быстро этот район стал развиваться после того, как в 1897 г. царь утвердил проект включения его в черту города.

Народное образование в городе поначалу не отставало, но и не обгоняло другие губернские центры. В 1793 г. появилось первое народное училище - прообраз среднего образования, в 1812 г. - первая в Крыму мужская казенная гимназия. В 1880 г. по затратам на народное образование (на душу населения) губерния (в основном за счет Симферополя) вышла на 1 место в России. Так, в 1891 г. в городе действовали 77 учебных заведений: духовная семинария, 2 гимназии (мужская и женская), уездные или приходские училища, приюты, школы иностранного исповедания, в учебном процессе участвовали 1.647 мальчиков и 831 девочка. И все же грамотность мужчин составляла 53,81 % , а женщин - 47,59 % .

В 1895 г. было открыто первое начальное городское училище, в следующем году - второе, в 1900 - третье (Пушкинское.) В 1904 г. открыто 5-е бесплатное городское училище имени Н.В.Гоголя. В 1905 г. в городе насчитывалось 12 городских начальных училищ, 10 церковно-приходских школ, 10 еврейских школ, 4 частных училища. В начальных учебных заведениях обучалось 3.030 учеников. Появились и прогимназии, затем частные гимназии, как мужские, так и женские, профессиональные школы и Училища (реальное, коммерческое, женское епархиальное).

За 1909-1912 гг. были построены еще три новые школы, строительству еще двух училищ помогло министерство, выделившее по 5 тысяч рублей на каждое здание. Недостающие деньги дума заняла в долг.

Медицинское обеспечение горожан, прямо скажем, было на достаточно низком уровне. Да и как иначе, если из-за ограниченности бюджета денег у думы и управы постоянно не хватало, а решать надо было множество других проблем, не менее важных. Так что здравоохранение находилось в руках меценатов и Приказа общественного призрения. Первым таким заведением был странноприимный дом А.С.Таранова-Белозерова, построенный в 1822-1826 гг.; в 40-х гг. стали возводиться корпуса губернских богоугодных заведений. В 50-х годах были созданы губернские и уездные комитеты общественного здравия. После земской реформы 1864 г. земствам были переданы учреждения бывшего Приказа общественного призрения: в Таврической губернии земство приняло богоугодные заведения, больницу на 90 коек, отделение умалишенных на 30 и богадельню на 100 мест, включая сюда и помещение для сирот. Больницы в уездах перешли в ведение уездного земства. Всего в губернии было 7 больниц на 230 коек, 1 богадельня, во всей губернии 7 врачей. То есть на одного врача приходилось около 150 тысяч жителей и почти 16 тысяч километров дорог. Больничные здания являлись старыми, грязными, плохо проветриваемыми, сырыми и темными. Отсутствовало белье, инструменты, не было надлежащего ухода за больными. Существовала и практика частных лечебных заведений, конечно, в основном для представителей высшего сословия.

Дореволюционный быт жителей города, преимущественно трудового люда, был неприхотлив и нетороплив. Путеводители конца XIX в. отмечают, что город невелик, стандартен по наличию общественных учреждений, жители его, как правило, проводили вечера на лавочках близ домов, лузгая семечки и обсуждая цены, а также городские новости. Дворяне устраивали за городом конные скачки, на которых присутствовала и публика.

Добавим, с 1821 г. в городе заработал любительский театр, со временем перешедший в ведение Депутатского дворянского собрания. По вечерам и днем в выходные дни в городском саду играл духовой оркестр из военных музыкантов. Вход "на бульвар" тогда становился платным.

В самом конце XIX в., после великого изобретения братьев Люмьер и знаменитого сеанса на бульваре Капуцинов, с невероятной быстротой завоевывает зрителей прообраз кино - синематограф. В мае 1899 г. первые гастроли синематографа были даны и в Симферополе. Уже в 1904 г. в одном из корпусов дома предпринимателя купца Ф.Ф.Шнейдера на Дворянской, 5 был открыт первый кинотеатр, нынешний им. Т.Г.Шевченко. (В 1915 г. для него был построен специальный корпус). В 1909 г. открыт второй кинотеатр - "Лотос" - на Пушкинской, 9, нынешний "Спартак". В следующем году в доме купцов братьев Розенштейнов на Александро-Невской, 2 был открыт третий кинотеатр - "Иллюзион". Поскольку у братьев в доме был магазин, наплыв публики был им весьма выгоден. Они даже усилили его привлечением артистов к выступлениям перед сеансами. В том же году был открыт еще один кинотеатр - "Ампир", в доме купца М.С.Спиро, на Екатерининской, 1б. В 1913г. появился кинотеатр "Трианон", в магазине "Пассаж" провизора, кандидата медицины В.Г.Бухштаба, ул. Екатерининская, (ныне К.Маркса, 1).

15 сентября 1911 г. симферопольцы встречали участников международного автопробега - с севера до юга страны Городской голова В.А.Иванов отмечал в речи: "Столь большой интерес к автомобильному пробегу проявляется у публики не из одного празднаго любопытства, а потому, что в этом пробеге в его успехе каждый чувствует новыя доказательства победы человека над природой... и, если мы сравним современный автомобиль даже с самой лучшей лошадью, то увидим как далеко мы ушли вперед в способах передвижения". Пробег вызвал интерес и рост спроса на автомашины. Уже в 1911 г. в городе насчитывалось 30 автомобилей, 10 мотоциклов и 268 велосипедов.

Для соревнований на велосипедах за Внешней улицей, ныне Маяковского, был устроен "Циклодром", нынешний велотрек. Вот, собственно, и все развлечения.

На 1 января 1911 года в Симферополе проживало 66452 человека (37491 мужчина и 28961 женщина), из них 22616 мещан и 20346 крестьян. Дворян же, потомственных и личных, насчитывалось 3772. Многие мещане (в сословие мещан входили ремесленники, мастеровые, мелкие торговцы, служащие) строили свои домики на окраинах города в слободках. Так возникли Казанская, Салгирная, Шестериковская, Железнодорожная, позднее Цыганская, Жандармская. Само понятие "слобода" пошло в России от первых поселений, образуемых вблизи городов вольными, свободными от крепостной зависимости людьми. Так как в экономике преобладала торговля, в городе было 148 купцов, в том числе 8 - очень богатых, "первой гильдии", 140 - "второй гильдии". Торговые заведения росли, как грибы после дождя. Если в 1899 их было 776, то в 1910 - более 1300. Широко велась торговля мануфактурой, галантереей, бакалейными товарами, фруктами, вином, табаком. "Справочная книга по г. Симферополю на 1911 г." называет 25 предприятий промышленности: 5 консервных, 4 табачных, 2 столярных, 1 мехзавод, 4 мельницы. Общая численность рабочих уже составила 1845 человек, в том числе 970 женщин и 166 подростков. Но стоимость произведенной ими продукции в 7 раз уступала обороту торговых заведений. На большинстве предприятий рабочий день длился 14-16 часов, а в ремесленных мастерских, хлебопекарнях и прачечных - 16-18 часов. Действовала система штрафов, почти 40% промышленных заведений не имели жилых помещений для рабочих, поэтому большинство приезжих сезонных рабочих ночевали в ночлежках, подвальных помещениях, мастерских фабрик или под открытым небом - на каменной мостовой Базарной площади, на кладбище, в поле. Все это вместе взятое - низкий жизненный уровень, эксплуатация, бесправие - толкало рабочих на путь революционной борьбы против власть имущих. Освободительные идеи российского революционного движения начали проникать на юг, в Таврическую губернию, со второй половины XIX в. В 1879 г. в Симферополе существовал народовольческий кружок, который был тесно связан с А.И.Желябовым и С.Л.Перовской.

Первые социал-демократические кружки возникли в Симферополе в 1899-1900 гг. В том же 1900 г. их деятельность объединил комитет, стоявший на позициях ленинской газеты "Искра". Этот комитет, имевший связи с социал-демократическими организациями Петербурга, Харькова и Одессы, организовал в городе первую политическую демонстрацию на юге страны (5 мая 1901 г.).

Первая российская буржуазно-демократическая революция (1905-1907), закончившаяся поражением, в Симферополе отметилась организацией и деятельностью Совета рабочих депутатов и некоторых профсоюзов.

Мировая война, разразившаяся 1 августа 1914 г., затронула Крым лишь после вступления в войну Турции (октябрь 1914 г.). Полуостров был объявлен прифронтовой зоной, отсюда морем перевозились войска, снаряжение и военная техника. В Симферополе, как и в других городах полуострова, размещались многочисленные госпитали. Здесь находили приют беженцы из западных губерний, где проходили военные действия, и Турции (армяне и греки), спасаясь от резни со стороны исламских фанатиков. Ухудшение экономического положения (Симферополе полноценно работал лишь аэропланостроительный завод "Анатра" - 700 рабочих, и аэропланные мастерские), тяготы военного времени, рост цен не могли не вызвать недовольство у населения.

После Февральской (1917 г.) буржуазно-демократической революции, приведшей к падению самодержавия, в Симферополе, как и по всей стране, политические партии пришли в движение. Наиболее массовыми были организации меньшевиков (социалистов-революционеров и социал-демократов), преобладавшие в возникших советах. Заметно крымскотатарское национальное движение, руководимое Временным мусульманским исполнительным комитетом, национально-демократическим по направлению, во главе с Ч.Челебиевым (Челебиджи-хан) и Дж. Сейдаметом. Активность проявляли и члены РСДРП(б) - большевики, для укрепления партийных рядов которых в Крым из центра были направлены опытные кадры. Известия об октябрьском вооруженном восстании в Петрограде на полуострове приветствовали лишь Черноморский флот (на кораблях были подняты красные стяги) и рабочие симферопольского завода "Анатра". Симферопольский совет встретил октябрьские события крайне отрицательно.

20 ноября 1917 г. делегаты от земств, городов, советов, профсоюзов создают в Симферополе многопартийный (без участия большевиков и кадетов) и многонациональный Совет народных представителей, объявивший себя временной высшей властью в губернии. Однако показал он себя вялым и беспомощным. Мусульманский исполком организует 26 ноября в Бахчисарае Курултай (съезд) крымских татар, создавший национальное правительство - Директорию во главе с Ч. Челебиевым.

Немногочисленные большевики в союзе с левыми социалистами-революционерами и анархистами, сумев в кризисных условиях опереться на матросов Черноморского флота, в конце декабря 1917 г. захватывают власть в Севастополе. На полуострове начинаются вооруженные столкновения, в которых части Совета народных представителей и крымскотатарские "эскадронцы" потерпели поражение.

И уже 13-15 января 1918 г. в отношении указанного события в Симферополе вооруженным путем была установлена советская власть (в руководстве прибывшие из центра Ж.Миллер, Ю.Гавен и др.). Создается объединенный штаб Красной гвардии, который разослал в разные районы Крыма вооруженные отряды для захвата власти. В марте создается Социалистическая Советская Республика Тавриды в пределах полуострова. В ее Совет народных комиссаров (председатель Н.Г. Слуцкий) вошли представители большевиков и левых эсеров. Новая власть, не пользующаяся широкой поддержкой населения, отличается крайней жесткостью, следуют многочисленные расправы над побежденными и представителями имущих слоев.

Создавая Республику Тавриды, руководство Советской России, уступившее кайзеровской Германии по Брестскому договору значительную часть своей территории, пыталось таким способом удержать в своих руках Крым и находящийся в Севастополе Черноморский флот. Однако немцы и помогавшие им войска Украинской Центральной Рады к 1 мая 1918 г. все же овладели Крымом. Несколькими днями раньше руководство Республики Тавриды (А.Слуцкий, Я.Тарвацкий, С.Новосельский, А.Коляденко и др.) были расстреляны под Алуштой поднявшими восстание крымскими татарами.

Тут же, по настоянию немецкого командования, прямо заявившего, что власть Центральной Рады "не простирается дальше наших штыков", Крымская группа армии УНР спешно покинула полуостров.

Став единоличными хозяевами, немцы стали устанавливать "свои порядки" - вводили военно-полевые суды, создавали карательные отряды, начали поголовную регистрацию населения и проверку документов, сопровождавшуюся обысками и арестами. Вводился комендантский час, и всякий, кто осмеливался выйти на улицу в запретное время, мог быть убит без предупреждения. Высшее военное командование вначале делало вид, что не вмешивается во внутренние дела, военные же коменданты не считали нужным прибегать даже к внешней маскировке.

Вначале германское командование сделало ставку на крымскотатарский парламент - Курултай, но, убедившись в его непопулярности, переориентировалось на коалиционное правительство. И 25 июня в Симферополе начинает действовать Крымское краевое правительство (первое) генерал-лейтенанта М.А.Сулькевича, пытавшегося найти компромисс между русским и татарским населением, создать собственною крымскую государственность. Были восстановлены многие законы Российской империи и Временного правительства.

Начались гонения на профсоюзы и политические организации. В связи с тем, что оккупанты вывозили в Германию сырье и оборудование, заводы и фабрики закрывались. Не работал ряд учреждений, в том числе банки и таможни.

В это время на полуострове оказалось значительное число деятелей науки, культуры и искусства, спасавшихся от ужасов Гражданской войны. 14 октября 1918 г. в Дворянском театре в Симферополе (ныне Крымский академический русский драматический театр им. М. Горького) был торжественно открыт Таврический университет, что отражено на соответствующей мемориальной доске, установленной здесь Республиканским комитетом по охране культурного наследия АР Крым к 85-летию первого высшего учебного заведения на полуострове. С началом революции в Германии кабинет Сулькевича был обречен. 15 ноября 1918 г. его сменяет коалиционное второе Крымское краевое правительство во главе с кадетом С.С.Крымом, опиравшееся на вошедшие в Крым вместо потерпевших поражение в 1-ой мировой войне германских войск части Антанты и белой Добровольческой армии, пытавшееся создать на полуострове образец демократического правления для всей России. Однако в годы усобицы это оказалось невозможным. Стремление действовать в рамках российского законодательства входило в противоречие с реалиями гражданской войны. Экономические трудности, вызванные разрухой и продолжающейся войной, жестокости, творимые "добровольцами", командование которых зачастую совершенно игнорировало правительство, не могли не вызвать недовольство населения, чем пользовались действовавшие в подполье коммунисты. В конце марта 1919 г. Первая Заднепровская советская стрелковая дивизия под командованием П.Б.Дыбенко вышла к Перекопу, 4 апреля овладела им, а 11 апреля была уже в Симферополе. 15 апреля 1919 г. Краевое правительство С.С.Крыма пало. Войска Антанты через Севастополь покинули Крым, а Добровольческая армия отступила на Керченский полуостров.

28-29 апреля в Симферополе, в доме бывшего городского архитектора Д.А.Крыжановского на углу улиц Пироговской и Луговой (В.Хмельницкого, 3/4), состоялась VI областная партконференция, в работе которой приняли участие представители ЦК РКП(б) Л.Б.Каменев, К.Е.Ворошилов и М.К.Муранов. Был избран новый состав обкома партии, куда вошли младший брат В.И.Ленина Д.И.Ульянов, матросы И.А.Назукин и О.Х.Алексакис, рабочий И.М.Полонский, видный турецкий коммунист Мустафа Субхи и др. Рассматривался также вопрос о создании в Крыму советской республики (без территории Керченского полуострова, удерживаемого белыми) и о составе ее правительства. Вскоре Временное рабоче-крестьянское правительство Крымской Советской Социалистической Республики во главе с Д.И.Ульяновым было сформировано. Кстати сказать, статус КССР оставался, строго говоря, неопределенным. Формально эта республика, как и Республика Тавриды, была создана на автономных началах и по территориальному принципу, входя в состав РСФСР. В то же время КССР в качестве полноправного члена была включена в военно-политический союз еще 5 советских республик, хотя партийные органы республики находились на положении губкома. Крымская армия и флот полностью подчинялись центру.

Крымская ССР (в руководстве также Ю.Гавен, П.Дыбенко, С.Меметов, И.Назукин и др.) предпринимала отчаянные усилия удержать власть, много экспериментировала, в частности, и в аграрном вопросе, и в национальных отношениях, но стабилизировать ситуацию не смогла. Причем, не только ввиду недолговременности ее существования (апрель-июнь) или военно-коммунистических перехлестов, но и потому, что "все силы и материальные средства Крыма в первую очередь отдавались Красной Армии". Летом 1919 г. началось новое наступление деникинцев. 24 июня Крымская армия покинула Симферополь. А еще через 2 суток на территории полуострова не осталось ни одного красного отряда. Учреждения республики эвакуировались в Никополь, а затем в Киев.

1 июля 1919 г. Крым был полностью занят Добровольческой армией. Сразу же была восстановлена Таврическая губерния, а Бердянский, Мелитопольский и Днепровский уезды снова были включены в ее состав. Командование так определило цель своей политики в Крыму: он должен был оставаться российским без всяких автономий, а "самостоятельному краевому правительству не может быть места". Деникин распустил городские думы и земства, назначив новые выборы. Татарская Директория была запрещена, ее газета "Милет" закрыта. Репрессии не миновали и легальные как будто организации меньшевиков и эсеров. В этих условиях активное сопротивление белым оказывали в основном коммунисты. К ноябрю 1919 г. был восстановлен их подпольный центр, который возглавили С.Просмушкин (Спер), С.Бабаханян, А.Бунаков, Б.Горелик. Диверсионные акции, индивидуальный террор, освобождение арестованных, повстанческие движения, подпольная печать - все это в сильной степени подрывало тыл белых. На фронте ситуация в начале 1920 г. характеризовалась отступлением всех белых армий, порой переходящим в бегство. Но корпусу генерал-майора Я.Слащена все же удалось зацепиться за Перекоп, удержав таким образом Крым, - последний бастион белых.

4 апреля Главнокомандующим Вооруженными силами на Юге России, которые теперь располагались лишь на территории полуострова, назначается генерал-лейтенант барон П.Н.Врангель. Врангеля-политика можно охарактеризовать как прагматика, реформатора столыпинского типа, не терпящего ни левых, ни крайне правых. Пытаясь решить аграрный вопрос, Врангель пригласил себе в помощники соратника П.А.Столыпина А.В.Кривошеина, который не покинул его до конца крымской эпопеи. 7 июня публикуется приказ Главнокомандующего "О земле" и примыкавший к нему пакет документов по земельному вопросу. Но крестьяне, уставшие от войн и поборов, проводившихся как со стороны белых, так и со стороны красных, уже не верили никому. Промышленность Крыма за годы войны пришла в полный упадок. Транспорт не работал. Роль денег стали играть табак, вино, ячмень, шерсть. Не помогло ни образование 19 августа правительства Юга России во главе с А.В.Кривошеиным, ни обилие карательных органов. Контрразведка, прокуратура, военно-полевые суды пользовались неограниченными правами, не чувствуя при этом противодействия ни Врангеля, ни его правительства.

Но и в это "смутное время" были примеры, когда нравственный императив брал верх над классовыми интересами. В период пика репрессий, творимых деникинскими и врангелевскими карательными органами (весна 1920 г.), первый ректор Таврического университета Р.И.Гельвиг и председатель Таврической губернской земской управы князь В.А.Оболенский, не являясь сторонниками красной идеи, неоднократно обращались в соответствующие инстанции белых, указывая на необоснованность многих арестов и требуя запрещения истязания раненых. К примеру, они ходатайствовали об освобождении из-под ареста подпольщиков Лозинского и Просмушкина, открыто протестовали против расстрела 10 подпольщиков из Севастополя. Их не останавливала реальная угроза их собственным жизням: ведь всем хорошо было известно, что контрразведка генерала Кутепова ни с кем особенно не церемонилась и расстреливать не стеснялась.

Тем не менее, несмотря на все трудности военного времени, в Симферополе продолжал работать Таврический университет, где преподавали выдающиеся деятели науки: историк искусства, член-корреспондент Академии наук Д.В.Айналов, геолог и палеонтолог, академик Н.И.Андрусов, химик, металловед и металлург, будущий академик А.А.Байков, философ, экономист и богослов С.Н.Булгаков, В.И. и Г.В.Вернадские, историк Б.Д.Греков, литературовед, будущий академик Н.К.Гудзий, лесовод Г.Ф.Морозов, ботаник и географ, член-корреспондент Академии наук Н.И.Кузнецов, геолог и географ, будущий академик В.А.Обручев, биохимик, ботаник, физиолог растений, академик В.И.Палладин, литературовед, член-корреспондент Академии наук Е.В.Петухов и др. После смерти от сыпного тифа Р.И.Гельвига, 2 октября 1920 г. на должность ректора университета был избран академик В.И.Вернадский. Под председательством А.И.Маркевича (с 1908 г.), будущего члена-корреспондента Академии наук СССР, действовала авторитетнейшая краеведческая организация - Таврическая ученая архивная комиссия (ТУАК), созданная в 1887 г. В Симферополе проходили художественные выставки, открывались литературные клубы, издательства, гастролировали театральные группы. Италия, Бельгия, США, Япония благожелательно относились к режиму Врангеля, но на его признание решилась только Франция. Режим Врангеля мог продержаться только за счет иностранной помощи. Армия целиком зависела от нее. Поэтому Врангель не питал большого оптимизма по поводу судьбы своей армии, заранее подготовив план эвакуации и суда в Севастополе, Керчи, Феодосии и Ялте. Немалую роль в крушении врангелевского режима сыграли "зеленые", поначалу вполне мирные дезертиры, появление которых было вызвано ненавистью мужчин-призывников к бесконечным мобилизациям, к войне, желанием выжить. Со временем они становятся основой Повстанческой армии (численность едва, достигала 1 тыс. человек, командующий С.Я.Бабаханян, которого вскоре сменил прибывший в Крым А.В.Мокроусов), действовавшей в крымских лесах и оттягивавшей на себя не менее 4-5 тыс. штыков.

12 ноября 1920 г. частями Южного фронта (командующий М.В.Фрунзе), наступавшими с Каховского плацдарма, были прорваны Ишуньские позиции, а 13 ноября 2-я Конная армия Ф.К.Миронова (репрессирован в 1937 г.) заняла Симферополь. Основные врангелевские войска через портовые города покинули полуостров ("На 126 судах вывезено было 145693 человека, не считая судовых команд. За исключением погибшего от шторма эскадренного миноносца "Живой", все суда благополучно пришли в Царьград" (П.Н.Врангель). В третий раз, и теперь уже надолго, в Крыму была установлена советская власть. 14 ноября в Симферополе был образован Крымревком (председатель Бела Кун), местные ревкомы были образованы в других городах и уездных центрах. Это означало введение в Крыму чрезвычайного положения, в течение которого массовому истреблению подверглись десятки тысяч человек. М.А.Волошин писал, что только за первую зиму было расстреляно 90 тыс. человек - на 800 тыс. всего населения. И.И.Шмелев утверждал, что расстреляно более 120 тыс. мужчин, женщин, старцев и детей. Встречается также цифра - 150 тысяч. По приказу Б.Куна, а также назначенной секретарем Крымобласткома Р.Самойловой (партийная кличка - "Землячка"), в первую очередь уничтожались зарегистрировавшиеся офицеры и военные чиновники белой армии, поверившие в амнистию, а также вчерашние союзники - махновцы. Казни коснулись интеллигенции, рабочих, крестьян, гимназистов - всех, кто был заподозрен в симпатиях к белым. Казнили также раненых и медицинский персонал лазаретов, а тех, кому сохраняли жизнь, отправляли в специально созданные (по сути концентрационные) лагеря. По словам члена коллегии народного комиссариата по делам национальностей М.Х.Султан-Галиева "...среди расстрелянных попадало очень много рабочих элементов и лиц, оставшихся от Врангеля с искренним и твердым решением честно служить Советской власти...". Был нанесён сильнейший удар и по культуре Крыма. По мнению М.А.Волошина, из каждых трех крымских интеллигентов погибло двое. Среди казненных оказались такие видные представители крымской интеллигенции, как А.П.Барт, А.А.Стевен, Р.Р.Капнист и многие другие.

В карательных акциях участвовали особые отделы нескольких армий и фронтов, а также структуры ВЧК - Крымская чрезвычайная комиссия, различные Трансчека, Морчека. Работа особых отделов направлялась "Крымской ударной группой", существование которой замалчивалось советской историографией. Ее руководителем был назначен заместитель начальника Особого отдела Южного фронта Е.Г.Евдокимов. Бывший командующий фронтом М.В.Фрунзе в резолюции наградного списка Евдокимова указал: "Считаю деятельность тов. Евдокимова заслуживающей поощрения. Ввиду особого характера этой деятельности проведение награждения в обычном порядке не совсем удобно". Этот и другие документы говорят о причастности М.В.Фрунзе к описываемым трагическим событиям в Крыму. В этот период мероприятия Советской власти по революционному преобразованию общества осуществлялись и в более мирных формах. 20 декабря вышло постановление Крымобласткома, в котором предписывалось. "Распустить весь университет, за исключением медицинского факультета, за которым учинить наблюдение. После роспуска и реорганизации приступить к набору студентов. Списки студентов и профессуры передать Крымчека". 13 января 1921 г. приказом Крымревкома было предложено "в каждом городе на территории Крыма назвать главные улицы именами: Красной Армии, тт. Ленина и Троцкого и командующего Южным фронтом, руководившего операциями против Врангеля, т. Фрунзе". С плана Симферополя исчезли дворянские, купеческие, религиозные и "иностранные" имена. В переименованиях политика брала верх над здравым смыслом. Например, улицу, названную в честь городского головы В.А.Иванова, всю жизнь без остатка отдавшего Симферополю, переименовали в ул. Володарского, который здесь не был даже проездом. Улицу Потемкинскую - улицей Шмидта, хотя проездом в городе и бывавшего, но не имевшего никакого отношения к его истории. Улицу Мюльгаузенскую, названную в честь выдающегося ученого, врача Ф.К.Мильгаузена, назвали (правда, чуть позже, в 1924 г.) по имени соседней деревни Битак - Битакской. Тогда же появились и смешные переименования, типа тех, о которых метко и зло писали И.Ильф и Е.Петров. Например, бывший Церковный переулок получил "титул" - Отсталый, улица Петропавловская стала Октябрьской, а Губернаторская - Пролетарской...

18 октября 1921 г. появилось постановление ВЦИК и СНК РСФСР об образовании Крымской АССР, подписали его М.И.Калинин, В.И.Ленин, А.Енукидзе, а 10 ноября I Всекрымский учредительный съезд Советов принял ее Конституцию. Председателем КрымЦИК стал Ю.П.Гавен, председателем СНК -С.Г.Саид-Галиев. Первоочередной задачей правительства новой республики стали борьба с голодом, возрождение хозяйства. В годы первых пятилеток в Симферополе быстро развивались пищевая, швейная, кожевенно-обувная и металлообрабатывающая отрасли промышленности. К концу 30-х в городе работало 68 государственных промышленных предприятий и 61 промартель, численность занятых на них рабочих и служащих превысила 20 тыс. человек. В эти годы Симферополь производил более трети промышленной продукции Крыма. В городе успешно решалась жилищная проблема, благоустраивались улицы, были открыты новые учебные и культурно-бытовые заведения, резко возросла сеть органов здравоохранения. Работали педагогический, медицинский, сельскохозяйственный институты, высшая сельскохозяйственная коммунистическая школа, три рабфака, 11 средних специальных учебных заведений, в 37 общеобразовательных школах обучалось около 20 тыс. детей. Медицинскую помощь симферопольцам оказывали 10 больниц, онкологический институт, тубдиспансер и другие лечебные и профилактические учреждения.

Горисполком принял меры для утоления жажды города. В первые же годы Советской власти у Аянского источника на отрогах Чатыр-Дага началось сооружение водохранилища. В 1928 г. состоялся торжественный пуск первой, а в 1939 г. второй очереди Аянского водопровода. К 1940 г. водопроводная сеть увеличилась втрое по сравнению с дореволюционной и составляла 63 км.

Но характерной чертой 30-х гг. было не только успешное продвижение в социально-экономическом развитии автономии, но и всевластие тоталитарной системы, характерной чертой которой было ограничение реальных прав и свобод, массовые репрессии. На прошедшей в мае 1937 г. XVIII партконференции руководитель республиканского НКВД (с 1935 г.) Т.И.Лордкипанидзе (расстрелян в сентябре) подводил первые итоги. "Арестовано по политическим мотивам, - с гордостью докладывал он, - свыше 3 тыс. человек, раскрыто и ликвидировано 25 шпионских и диверсионных групп (свыше 500 чел.), 350 контрреволюционных групп (до 1900 чел.), свыше 20 немецко-фашистских организаций, 5 религиозных групп, националистическое подполье во главе с А.С.Айвазовым. Арестовано 557 троцкистов..." К 1938 г. было уничтожено все руководство Крымской АССР. Симферопольцев было много среди этих безвинно пострадавших от сталинского режима.

Ранним июньским утром 1941 г. в жизнь города ворвалась война. Город перестраивался на военный лад: многие симферопольцы уходили на фронт, параллельно шло формирование партизанских отрядов и соединений. А 1 ноября в город вошли немцы - началась фашистская оккупация.

Немецкие захватчики установили в городе, как и везде, "новый порядок": в бывшей "Европейской" гостинице разместилась полиция, в "Ленинградской" - штаб оккупационных войск, в одном из зданий пединститута, бывших воинских казармах на ул. Студенческой, разместился карательный орган - управление СД (гестапо). Школы и вузы были закрыты, освободившиеся помещения использовались под госпитали, гаражи, конюшни, увеселительные заведения, типа игорного дома - казино "Вена" (ул. Пушкина, 10 - для немцев и казино для румын - наискосок, где сейчас аптека 4).

В период оккупации постановления фашистов о переименованиях улиц города были неоднократными, но практически в жизнь проведены не были - в целях недопущения путаницы. Да и сами они пользовались старыми советскими названиями. Естественно, что в городе возникло подпольное движение сопротивления этому режиму. Первую подпольную организацию создал коммунист Ф.И.Беленков. В декабре 1941 г. возникло несколько комсомольско-молодежных подпольных групп во главе с Н.Г.Долетовым, В.Й.Бабием, С.Н.Кусакиным, Л.М.Трофименко, Б.И.Хохловым, А.Н.Косухиным. В следующем году были созданы организации И.Г.Лексина, Я.П.Ходячего, А.Дагджи ("дяди Володи").

На железнодорожном вокзале активно действовала группа подпольщиков во главе с В.К.Ефремовым. Об этом говорит и барельеф, установленный на здании нового вокзала в 1972 г. На нем изображены портреты В.К.Ефремова и членов его группы А.А.Брайера, В.Э.Лавриненко, И.Г.Левицкого, Н.Я.Соколова, погибших в застенке гестапо.

Круг подпольщиков расширялся, были установлены связи с партизанами, действовавшими в лесу. Наиболее активно в 1943 г. действовали комсомольско-молодежная группа, организация А.А.Волошиновой, М.А.Карабаня и др. С октября 1943 г. борьбу симферопольского подполья возглавил "опытный конспиратор" И.А.Козлов, позже написавший об этом книгу. Всего за годы войны в городе действовало 80 подпольных организаций и групп, объединявших около 950 участников борьбы.

Одним из сложных явлений в новейшей истории Крыма стало сотрудничество местного населения с немецким оккупационным режимом, т.е. проблема коллаборационизма. В Крыму это явление приобрело дополнительную остроту, так как возникло на фоне межнациональных отношений. Коллаборационизм осуществлялся как в форме участия в органах самоуправления, которые создавались оккупантами из представителей местного населения, так и в форме службы в вооруженных формированиях, созданных под эгидой Вермахта, войск СС или полиции. Например, в разные периоды оккупации полуострова, продолжавшейся долгих 2,5 года, в военных формированиях постоянно находилось от 5 до 15 тыс. крымских татар, а о своей лояльности оккупационному режиму заявили также некоторые представители армянских, греческих и болгарских общин. Коллаборационизм привел к многочисленным жертвам среди партизан и мирного населения.

За годы оккупации нацистские карательные службы убили и замучили в Симферополе более 22 тысяч человек. Постоянными местами казней стали противотанковый ров в Курцовской балке (в 2 км от города), балка в Дубках (близ шоссе Симферополь-Николаевка), территория совхоза "Красный" (ныне им.Дзержинского), так называемый "Картофельный городок" (между железнодорожным вокзалом и кожкомбинатом) и 11 км Феодосийского шоссе. Только на территории совхоза "Красный" гитлеровцы уничтожили свыше 8 тысяч человек.

Немецкие оккупанты нанесли городу огромный ущерб. Они демонтировали и вывезли в Германию оборудование консервных заводов "Трудовой Октябрь", "Серп и Молот", кожевенно-обувного комбината им. Ф.Э.Дзержинского, швейных фабрик. Всего ими было разрушено или сильно повреждено 126 больших и малых промышленных предприятий. На месте заводов, вокзала, гостиниц "Ленинградская", "Европейская", театра юного зрителя и многих других зданий лежали груды развалин. Оккупанты вывели из строя более 40 процентов жилого фонда, в том числе 132 больших жилых дома.

С победой, которая пришла в Симферополь 13 апреля 1944 г., испытания для горожан не закончились: война напоследок напомнила о себе новым для них словом "депортация". В мае-июне 1944 г. из Крыма были высланы крымские татары, греки, армяне, болгары. В секретных постановлениях, подписанных И.В.Сталиным, отмечалось, что многие представители этих народов дезертировали из Красной Армии и переходили на сторону противника, что в период оккупации Крыма они помогали врагу устанавливать "новый порядок", участвовали в карательных операциях. Грекам же, в отношении которых, видимо, не удалось найти каких-либо серьезных доказательств в коллаборационизме, припомнили оказываемую им помощь немецкими властями в торговле, транспортировке товаров и т.д. Депортация коснулась более 250 тыс. человек.

Оценку этим событиям дал Верховный Совет СССР, приняв 14 ноября 1989 г. Декларацию "О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечению их прав". Но реабилитация не распространяется на отдельных представителей этих и других народов, участие которых в военных преступлениях в период оккупации доказано судом. К слову, на бытовом уровне единого мнения во взглядах на меру вины и меру ответственности за коллаборационизм по-прежнему нет.

Своеобразным продолжением депортации стало как преобразование Крымской АССР в Крымскую область (статус автономии Крыму вернут в 1991 г.), так и изгнание из городской топонимики всех имен тюркоязычного звучания. Постепенно их заменили имена генералов и маршалов, принимавших участие в освобождении Крыма, репрессированных при Сталине наркомов, в свое время связанных с полуостровом, и т.д.

После войны с большим энтузиазмом вся страна восстанавливала Крым. Сюда были посланы квалифицированные кадры, техника, оказана продовольственная и другая помощь из центра... Например, на месте разграбленного и разрушенного гитлеровцами авторемонтного завода был построен завод "Сельхоздеталь". Завод продовольственного машиностроения в короткий срок освоил выпуск до 30 машин и автоматов для консервной и пищевой промышленности. Дальнейшее развитие получили традиционные производства: кожевенное, швейное, деревообрабатывающее.

В последующие десятилетия индустриальное лицо города определяли современное машиностроение, радиотехническая и химическая отрасли. Успешно развивалась пищевая и легкая промышленность, производство строительных материалов. Это касается и всех видов транспорта - железнодорожного, автомобильного, воздушного.

Территория города значительно увеличилась: бывшие окраины теперь оказались внутри города. Юго-западная граница его перенесена с перекрестка улиц Севастопольской и Козлова до нынешней улицы Данилова. На юго-востоке в черту города вошел поселок Марьино, на северо-востоке - село Сергеевка.

Произведен огромный объем работ по благоустройству города. Количество населения в нем в начале XXI в. достигло 360 тыс. человек.

Был решен и пресловутый водный вопрос: нехватка воды и перебои с ней отошли в прошлое. С конца декабря 1955 г. город стал получать воду из Симферопольского водохранилища, с 1969 г. - из Партизанского водохранилища, а с 1976 г. - из водовода Ивановка - Симферополь. В 80-е гг. вступил в строй и Межгорный гидроузел, а водопроводная сеть возросла до 450,8 км. Объем подаваемой городу воды возрос до 170 тысяч кубометров в сутки.

Однако накопившийся за десятилетия узел проблем, не разрешимый в условиях существования однопартийной политической системы и лишь государственной формы собственности на средства производства, привел к системному кризису конца 80-х гг. прошлого века. А последовавший затем распад СССР с его общим политическим, народнохозяйственным и культурным пространством и образованием ряда отдельных государств, разделенных границами и новыми политическими приоритетами, не мог пройти в социальном и экономическом плане безболезненно. В полной мере это ощутили на себе крымчане, для которых состоявшийся "парад суверенитетов" был болезненным вдвойне: когда-то формальный, практически не замеченный среднестатистическим жителем полуострова переход Крыма из состава одной союзной республики в другую, вдруг наполнился реальным, весьма противоречивым содержанием. А повторяющиеся из года в год трения между двумя соседними государствами, в эпицентре которых оказывается Крым, лишний раз убеждают его жителей в иррациональности принятого в феврале 1954 г. решения.

Сейчас Симферополь стремительно меняет свой облик, уступая натиску новейших строительных технологий и оригинальных архитектурных изысков. Менее заметными становятся оставшиеся из прошлого памятники архитектуры, мемориальные здания, да и просто "старые дворики".

(Из книги В. Широкова, О.Широкова "Симферополь. Улицы рассказывают")